21:49 

Доротея Луис
Дорога



Человек. Идет по дороге. размышляет о жизни. Банально? А если он не совсем человек? А если живет уже не первую сотню лет и все перед его взором движется по кругу, повторяясь вновь и вновь?..


Дорога.
Часть 1

Я снова вольный, словно ветер,
Иду, шагами отмеряя свою жизнь,
Не помня ни людей, что я дорогой встретил,
Ни подвиги, которые когда-то совершил.

Передо мной разверзлася земля.
А я иду, не замечая боль утраты,
Плевать мне на приказы короля,
Закованного в сребряные латы.

Я снова выберу себе дорогу,
И убегу по ней на край земли,
И вы мыслях вопию: « Спасибо, слава Богу,
Что на земле еще остались короли!.»

Пусть правят этим миром, сидя в замках,
Склонив главу над ворохами карт,
Растрачивая время в шумных сварах,
Захватывая земли, скот и скарб.

Пусть мнят себя властителями мира –
За ними так забавно наблюдать –
И остаются как кусочек сыра:
Из так легко разгрызть и растоптать.

У каждого свои надежды, планы,
А главное, набить бы животы!
Прожорливые, глупые болваны.
Тупые бессердечные скоты…

Передерутся, породнятся – все напрасно,
Их время быстро движется к концу,
А я по-прежнему иду – прекрасно
Живется в этом мире подлецу.

По-прежнему свободный, словно ветер
(Мне нравится из планы нарушать),
Не подчиняясь никому на свете
(Особенно когда вдруг захочу поспать).

Влюбленным, вроде, море по колена –
По крайней мере так, я слышал, говорят,
Я что вы скажете про человека,
Которому одна дорога – в Ад?

А может, мне бы тоже стоило влюбиться?
Похитить чью-нибудь красоточку-жену?
Ну а потом заняться сексом… иль напиться…
Одуматься… Украсть еще одну?..

Но я по-прежнему свободен, словно ветер,
Иду, куда глядят мои глаза,
Вокруг струится жизнь, а я один на свет,
Так было, ест и будет…
Я устал.


***
Я видел девушку на берегу реки,
Она играла с братцем в догонялки,
Подбрасывая капельки воды,
Фехтуя, меч им заменяли палки.

Над водной гладью разносился детский смех,
И я стоял, как будто громом пораженный,
А сердце плакало груди – таких утех
Давно не видел я, лишь тьмою окруженный.

Я долго наблюдал из-за куста,
И сердце постепенно оживало,
Как будто предо мной открылися врата,
Пред старым грешником врата долины Рая.

Давно стемнело. Дети уж ушли домой,
Но я запомнил навсегда тот вечер,
Девичий смех, струящийся рекой,
Улыбку мальчика, бегущего навстречу.

Потом, бредя, я долго размышлял,
Пытался, но не находил ответов,
Кто детям вечер дивный тот послал?
И для чего живу я в мире этом?

Не знали ведь они о короля,
Растративших всю жизнь в пустых походах,
Об их интригах, власти и мольбах
Попавших в рабство к королям народов.

Тогда подумал я6 как детям жить легко,
Они не знали горькой правды жизни,
Но я забыл, что время движется, оно
И им расскажет это горестные были.

Передо мной дорога, снова я один,
Иду, куда глаза глядят – ведь им виднее,
Теперь я ветром северным гоним,
Спою-ка песню – будет веселее.

***
Я долго шел, забрел в какой-то город,
Где правил приближенный короля,
Мне кто-то говорил, что кланяться я должен,
Но я лишь хохотал и отводил глаза.

Я видел сына этого министра:
Мальчишке лет пятнадцать, весь в шелках,
Но стоит лишь ему разговориться,
Как сразу остается в дураках.

Умом не блещет (это еще мягко скажем),
Не хочет думать – проще промолчать
И умным показаться, ведь недаром
«Молчанье - золото» в народе говорят.

Я в тот же день его еще раз видел,
Уже без папочки, в разорванных штанах;
Он дрался с мужиком, ведь тот обидел
Девчонку нищую с репьями в волосах.

Я замер, вдруг догадкой пораженный,
Что он на публике валяет дурака,
Со всех сторон чинами окруженный,
Но жизнь вельможи парню очень далека.

Расправившись с верзилой, парень хмыкнул
И на меня поднял бездонные глаза,
Ни слова не сказал, но показалось,
Как будто мне приказ он отдавал.

Я в первый раз готов был подчиниться,
Единственный за все прошедшие года,
Мне показалось, стоит нам сразиться,
Я не увижу больше утра никогда.

Я был готов ему повиноваться,
Но паренек об этом не просил,
Он взглядом приказал мне убираться
И девочку до лавки проводил.

Я брел по городу, свободный и усталый,
Мне опротивело с4китаться одному.
Хотелось, чтобы просто друг был рядом,
И чтоб я мог довериться ему.

Ирония судьбы: когда просили,
Я отказался к королям на службу поступать,
Теперь же про меня они забыли,
А я вдруг захотел кому-то другом стать.*

* как вариант, подскажите, что лучше))
(Теперь же был не против, но смотрите,
Меня никто не хочет принимать.)


***
И снова я свободен словно ветер,
И снова пред мною путь лежит,
И снова я иду, ничто на свете
Бездомному бродить не запретит.

По-прежнему пируют короли,
По-прежнему воюют меж собою,
По-прежнему пиратов корабли
Кичатся своей властью над водою.

Проходит год, за ним другой и третий,
(Я не веду суровым зимам счет),
Дорог прекрасных много есть на свете,
И большинство я не прошел еще.

Я потерял счет времени и верстам,
Забыл про замки и причуды королей
И медленно бродил под ливнем хлестким
Один с тоской и горечью своей…


Меня вернул в реальность плач ребенка
И запах догоравшего жилья;
Я огляделся – где была деревня,
Клубился дым, кричала солдатня.

К реке спешила молодая мать,
К груди ребенка крепко прижимая.
За ней солдат, два, три, четыре пять,
Как за косулей гончих свора злая.

Я обнажил клинок – сверкнула сталь.
Мой меч разил, не ведая пощады,
Но все же воинов мне тоже было жаль,
И сердце горестно и яростно стучало.

В кровавый цвет окрасилась трава,
И обагрились воды речки мирной,
И женщина стоит едва жива,
Прижав к груди младенца с новой силой.

Я снова проклинал обманщицу-судьбу,
Меня приведшую в деревню в этот вечер:
Я в стороне остаться мне могу,
Но и солдат-то убивать не легче!

Все войны – бредни старых королей,
Которым до людей нет никакого дела.
Охвачены гордынею своей,
Ни войска шлют то направо, то налево.

За пол часа очистил от солдат селенье,
Потом полночи с местными тушил пожар,
А утром снова в путь, искать, как прежде,
Того, кому бы мог я доверять.*

*(того, кого бы стал я уважать)
У автора опять ступор

***
Старинный город, древние руины,
Как много помнят обветшалые дома…
Где прежде короли ходили шагом чинным,
Теперь пробилась сорная трава.

Все дышит памятью великих дней былых,
О прошлой жизни статуи скорбят,
И поминая тех, кто уж мертвы,
О чем-то вечном камни говорят.

Набрав каких-то полевых цветов,
Я захожу в разрушенный алтарь;
И пусть не слышен гул колоколов,
Я знаю, здесь они звонили встарь.

Я помолюсь о мертвых и живых,
О всех, кто пал в бессмысленной войне,
И тех, кто умер от моей руки,
И, может быть, чуть легче станет мне.



Я шел по улице, услышал чей-то голос,
Настойчиво взывающий ко мне.
Я огляделся: никого, и понял,
Что он раздался где-то в голове.


- Ты кто? - меня спросил он, - Маг?
С чего бы
Я должен собственному мозгу отвечать?!
- Так значит нет?
– Я промолчал.
- Ну что же,
Тогда волшебником тебе придется стать.

Про разных ведем и обманщиков я слышал
И сам подобных много раз в путь встречал.
Но что бы был их статус выше…
Нет, я таких пока не замечал.

Меня чудовищная боль пронзила –
Я дальше ничего не сознавал,
Потом сознанье резко прояснилось…
Я понял, что отныне магом стал.

Прибавилось внезапно знаний, силы,
(Хоть я раньше не был слабаком),
Все чувства тоже резко обострились,
И ощутил себя я королем.

- Теперь ступай, - велел мне странный голос,
- Людей простых ты будешь защищать.
Я удивился и спросил:
- Но кто ты?
И голос бестелесный молвил:
- Ад.


Потом присутствие его во мне пропало,
Так и не понял я, что же произошло,
Но легче почему-то сразу стало,
И в сердце разлилось нежданное тепло.

Я подчинился голосу бесплотному,
Не сознавая, как и почему…
Он полон был непостижимой силы,
И я хотел довериться ему.

***
Казалось, что судьба моя решилась:
Призваньем стало бедных защищать;
На деле все сложнее получилось –
Я попросту не знал, с чего начать.

Нет смысла в каждой воевать деревне,
Да только и страну объединять
В империю, как это было прежде,
Своей задачей я не мог считать.

Тогда решил устроиться на службу
К кому-нибудь из нынешних вельмож,
Ему б я мог советовать по дружбе,
Я что случись – вонзил бы в сердце нож…

Я долго плелся по пустой дороге,
Обдумывая шуточки судьбы,
Свои возможности тестируя порою
На бандах попадавшейся шпаны.

Случилось, что приплелся в тот же город,
Где раз до этого уже я побывал,,
Где наблюдал, как сын вельможи гордый
Верзиле девочку в обиду не давал.

На площади центральной тьма народу,
Кто-то сказал, что здешний граф убит
Наемником, теперь его хоронят,
Народ пришел в последний раз его почтить.

Над площадью гудят колокола,
И слышны стоны обезумевшей толпы,
А рядом с гробом мертвого отца
Поникший и убитый горем сын.

Я слышал, старого политика убили,
И это был какой-то юный ассанин.
Да только быстро про него все позабыли,
А на престоле сын неопытный один.

Тогда решил его я охранять,
На всякий случай… Вдруг случится что…
К тому же интересно было б знать,
Сумею ли я подчинить его.

Дня через два я графу на глаза попался
И с слуги попросил меня принять,
Тем более что я тренировался
И мог от магии его оборонять.


***
Я быстро стал его доверенным лицом,
Моим советам юноша внимал,
Но все же он стоял особняком
И в душу лезть себе не позволял.

Со всех сторон врагами окружен,
Он не терял достоинство и честь
И, с малых лет к интригам приучен,
Не реагировал на ласку и на лесть.

Угрозы пропуская стороной,
Он избегал грозящей нам войны,
Да и во всех решениях своих
Искал, что было б лучше для страны.

Бродягам милостыню щедро подавал,
О бедняках заботился; как встарь
Всем государством править успевал
Великий, светлый, гордый государь.

Граф лишь однажды слабость проявил…
С охоты возвращавшись вечерком,
В пыли он девушку лежащей увидал
И приказал ее доставить в дом.

Он часто так кого-то подбирал
И, как котенка, приводил домой,
Потом за каждым долго наблюдал,
В тоге делая своим слугой.

Должно так было быть и в этот раз,
Но сердцем я предчувствовал беду;
И, даже силу применив сейчас,
Спасти я господина не смогу.

Я видел, как он с ней гуляет у пруда,
Как обнимает тонкий женский стан,
Как тихо шепчет нежные слова…
Мой граф попал в расставленный капкан.

Я мог его от смерти оградить,
Но как спасти мальчишку от любви?
Какое заклинанье применить?!
Бессильны здесь умения мои…

Отчаявшись, я попытался завладеть
Его сознанием и чувства изменить!..
Но вынужден был вскоре отступить:
Он смог свой мозг от магии закрыть.

Политику граф все же не бросал
И градом продолжал успешно управлять,
Как будто он ее не повстречал,
Не начал ночи напролет гулять.

И ужасом наполнилась душа:
Еще вчера себя всесильным мнил,
Теперь же прямо в пропасть неспешна
Мой господин идет совсем один.

Я не могу его сопровождать
И не смогу уже остановить,
Мне остается только созерцать…
Ведь как прикажешь парню не любить?!!

***
Девчонка милая, с глазами цвета неба,
С копною цвета спелой ржи волос.
Хрупкие ручки, изящное тело,
С чего я взял, что граф мой обречен?

Прошло еще с полгода, все как прежде,
С чего я взял, что близится беда?
Любовь была всегда и будет вечно
Захватывать свободные сердца.

С чего я взял?! Она его любила,
И он взаимностью девчонке отвечал,
В конце концов, коль что-нибудь случилось,
Ведь первым Я об этом бы узнал.

Я всевозможными его окутал чарами,
Поставил тысячи магических защит,
И свято был уверен, что отныне
Хозяину ничто не навредит.



Луна взошла и осветила дали,
Подернут легкой рябью пруд,
И лепестки, что с сакуры упали
По водной глади медленно плывут.

Ночь притаилась в кронах серебристых,
Прозрачный воздух свеж и дивно чист,
И слышно кваканье лягушек голосистых,
И птицы одинокой тихий свист.

Внимаю шорохам ночного ветерка,
Стук сердца раздается в тишине,
В кустах мелькнула женская рука…
Иль это только показалось мне?..

Обманчивы виденья под луной –
Нельзя теням случайным доверять;
Но почему-то мне так хочется порой
В них раствориться… Просто помечтать…

Покой и сон окутали меня,
Я закружился в звездной кутерьме…
Но в грезах прибывал недолго я –
Раздался голос графа в голове:

- Зайди ко мне, и лучше побыстрей.
Я на мгновенье просто онемел,
Как мог я не узнать за столько дней,
Что граф ментальной магией владел.

Я быстро в его башню поднялся,
И в спальню дверь неслышно отворил.
Вдруг страх нежданный в сердце разлился…
Как громом пораженный, я застыл….

***

- И что бы хочешь чтобы я сказал?
- Господин, вам вовсе не надо …
- Я люблю ее!
- Но господин!!,..
- !!!!
- Я понял…. Сир…

О мрачным стенам пляшут блики единственной свечи,
Отражаясь в лужах алой крови на полу;
Тишина ночи, и ты пока молчишь;
Балдахин кровати задернут донизу.

Соленый ручей бежит с простыни,
Разливаясь озером по мраморному полу,
С новой силой вскипают страхи мои.
Я, кажется, знаю, что сейчас найду.

Нет времени медлить – и бросаюсь вперед,
Мой ужаса вопль застревает в груди;
Я делаю шаг, и твой голос зовет:
“Это ты? Я так ждал. Поскорей подходи!”

Рванувшись к кровати, натыкаюсь на стол,
Блики на стенах сводят с ума,
Перед глазами вся жизнь пройдет,
Пока длится минута одна.

“Осторожней, там скользко.” “Да знаю я!”
Мне хозяин опять советы дает!
Сколько же можно учить меня,
Ведь кто-то там вот-вот умрет.



Вся постель была залита кровью,
Из подушек красный пух торчал,
Комкая край полога рукою,
В алом море господин лежал.

Из зажатой раны на груди
Нож торчал – хлестала кровь рекою,
Кинулся я к графу…
“Подожди, нужно нам поговорить с тобой.

Мне теперь ничем уж не помочь –
Он сказал, невинно улыбаясь, -
Будь благословенна эта ночь,
Коль судьба мне выпала такая.

Не скорби и за меня не мсти:
Много есть других дел поважнее;
Выпадет тебе войну вести –
Верю, что ты победить сумеешь.

Ты останешься наследником моим;
Завещание в столе – сам прочитаешь.
И девчонку в моей смерти не вини;
В остальном же… Поступай, как знаешь.

Но ее преследовать не смей!”
“Понял я!!!” Граф снова улыбнулся:
“и о моей смерти не жалей,
Просто надо было ей за мной вернуться.”

“Граф, - я сжал его бледнеющие руки, -
Спокойно спите, я клянусь исполнить все.
Магия пусть будет мне порукой,
Обещаю не преследовать ее.”




Он что-то тихо прошептал – я не расслышал,
Но, наклонившись, чтоб он повторил,
Я понял, что мой граф уже не дышит:
Он отошел в другой, прекрасный мир…






запись создана: 07.03.2012 в 22:17

URL
   

мои почеркушки

главная